03.04.2014

Вариативность в практике осознавания

Привычка и внимание находятся в антагонистических отношениях, и там, где укореняется привычка, там исчезает внимание. Л. Выготский.

Очень многих завораживает изумительная грация кошек и бесконечная ловкость обезьян. Задумаемся: котята милы и неуклюжи так же, как и маленькие дети, а детёныши обезьян не умеют лазать по деревьям и им требуется года два, чтобы освоить этот навык. И те, и другие учатся двигаться и оказываются в этом успешнее человеческих детёнышей. Почему?

Причин много, и опять мы оказываемся перед вопросом как учиться. Ни одной, самой умной, обезьяне и ни одной, самой глупой, кошке не придёт в голову «упражняться», т. е. с параноидальной настойчивостью повторять одно и то же движение в надежде его улучшить. Тренажёром для кошек и обезьян служит сама жизнь с её бесконечной неопределённостью и разнообразием. Вместо ровного пола или гаревой дорожки — всегда неровная земля, вместо одинаковых ступенек — всегда неодинаковые ветки деревьев. И как тут не вспомнить Н. Бернштейна:

...глубоко неправильно отождествлять приобретение какого бы то ни было умения с проторением нервного пути в мозгу. Даже с точки зрения того, что называется коэффициентом полезного действия, было бы чудовищно неэкономным делом затрачивать многие сотни тысяч килограммометров работы на многочисленные повторения, например, прыжка с шестом, чтобы произвести этою ценою передвижку в глубине мозга нескольких молекул, закупоривающих собою этот нервный путь. Действительная цель повторения двигательных упражнений совсем иная.

Повторения осваиваемого вида движения или действия нужны для того, чтобы раз за разом (и каждый раз все удачнее) решать поставленную перед собою двигательную задачу и этим путем доискиваться до наилучших способов этого решения (курсив наш — Н. К.).

Повторные решения этой задачи нужны еще потому, что в естественных условиях никогда ни внешние обстоятельства не бывают два раза подряд в точности одинаковыми, ни сам ход решения двигательной задачи не может повториться два раза подряд абсолютно одинаковым образом.

Поэтому необходимо набраться опыта по всему разнообразию видоизменений самой задачи и ее внешней обстановки, и прежде всего по всему разнообразию тех впечатлений, с помощью которых совершаются сенсорные коррекции данного движения.

Это необходимо для того, чтобы не растеряться в дальнейшем ни от какого, хотя и незначительного, но неожиданного, изменения самой задачи или обстановки и суметь сразу приспособиться к ним.

Н. Бернштейн «О ловкости и её развитии».

Те, кто первый раз пробует на себе метод Фельденкрайза, часто бывают ошеломлены результатами. Однако, повторение тех же самых движений во второй и третий раз оказывается гораздо менее эффективным. Исчезает новизна, а вместе с ней сила внимания и результативность практики. Естественный вывод, который напрашивается сам собой — это необходимость каждый раз получать некий новый опыт (учись учиться!).

Самое простое, что мы можем сделать для этого — не повторять каждый раз одно и то же, а всё время разнообразить «рацион». Вернувшись к известному комплексу через некоторое время, можно снова обнаружить новизну, которую обеспечит опыт, накопленный за время занятий другими движениями. Даже простой перерыв во времени (неделя, две и больше) позволит глубоко интегрировать уже полученный опыт и восстановит свежесть восприятия. В бытность мою учителем танцев я каждый год, после летнего отпуска, отмечала неожиданный прогресс у учеников, хотя они и не занимались 2–3 месяца. Но за это время всё «утрясалось», «устаканивалось» и выходило на другой уровень, само собой, без труда и сознательных усилий.

То, что работает в большом промежутке времени, справедливо и для «малых времён», в пределах выполнения одного комплекса. Это пауза между движениями. Привычка принуждает к тому, чтобы успеть сделать как можно больше в заданный интервал времени. Даже если это маленькие и медленные движения. И тут, как в известном анекдоте о поручике Ржевском, можно сказать себе: остановись, подумай. Для осознавания предыдущего опыта и включения его в настоящее необходимо время, и пауза между движениями оказывается такой же значимой, как и само движение. Каждый раз, начиная новое движение после паузы, вы будете обнаруживать, что оно отличается от предыдущего. В непрерывном потоке этого заметить не удаётся.

От работы внимания зависит вся картина воспринимаемого нами мира и самих себя. Посмотреть на ту же вещь с иначе направленным вниманием — значит увидеть её в совершенно новом виде. Л. Выготский.

Далее у Выготского: «Секрет превращения рассеянности во внимание есть секрет перевода стрелки внимания с одного направления на другое».

Это знание открывает нам суть вариативности практики осознавания: «обрати на это внимание!». Объём внимания у среднего человека не так уж велик. Поэтому, когда мы наблюдаем за одной частью тела, вся остальная информация идёт мимо нашего сознания. Возможность получения нового опыта заключается в простом переводе стрелки внимания, и это могут быть не только разные части тела, но и дыхание, и качества самого движения (мягкость, лёгкость, скорость), эмоции, чувства и образы (если они возникают), и даже свойства самого внимания (внешнее, внутреннее, сфокусированное, объёмное и т. д.)

Удачи в практике!
Наталья Королёва